Восьмой

ВОСЬМОЙ Были проводы, как праздник, Каждый что-нибудь сказал, Были песни, речи, басни, И цветами цвёл вокзал. Семь отважных речь держали: -Мы вернёмся, ждите нас! Обнимались, руки жали: -До свиданья! В добрый час! А восьмой таскал тем часом Котелки и рюкзаки, Не смеялся хриплым басом, И ни чьей не жал руки. Только раз, когда в окошке Разгоняться стал перрон, Улыбнулся он немножко И махнул кому-то он. Семь отважных хохотали И на весь вагон клялись, Что вершин перевидали До полсотни за всю жизнь. И теперь они готовы Покорить заветный пик, Тренированы, здоровы, И к вершине напрямик! А восьмой скучал в сторонке, Он не брал пока вершин, Думал парень о девчонке И вернуться к ней спешил. Вот, внизу они. Вершина Где-то там… Не разглядеть. И семёрка порешила: -Штурмовать и не робеть! А восьмого не спросили, Он салага и пацан, Взяли, вещи погрузили, И вперёд … И до конца! Пол дороги лезли лихо, Над восьмым шутили вскользь. Ураган подкрался тихо, И пошло! И понеслось! Рвало руки от страховок, Ветер скинуть вниз хотел, Расплетал концы верёвок И сдирал рубахи с тел. Хлёстко семеро ругались, Понося друг друга в прах, И оплакивать пытались Семь могил своих в горах. А восьмой не стал ругаться, Семерых увещевал, Умолял и не сдаваться, И раскиснуть не давал. Буря кончилась, и снова, Вверх, на пик, за перевал! А восьмому – хоть бы слово, Ни насмешек, ни похвал. Их встречали на вокзале, Побывавших в облаках, Семерых взасос лобзали И носили на руках. А восьмой ушёл в сторонку От соплей, речей и слёз. Вот и встретил он девчонку Эдельвейсов ей привёз. bazzlan